И было так, что я начал стареть, и сто семьдесят девять лет прошло с тех пор, как наш отец, Легий, покинул Иерусалим. И я видел, что скоро должен сойти в могилу, и сила Божья воодушевляла меня, что я должен проповедовать и пророчествовать этому народу и возвещать слово согласно истине, которая во Христе. И я возвещал его во все дни свои и радовался этому больше, нежели мирскому.