И в пятьдесят первом году правления судей также был мир, если не считать гордыню, которая начала проникать в церковь—не в Церковь Божью, но в сердца людей, которые заявляли, что принадлежат к Церкви Божьей. И они превозносились в гордыне, вплоть до преследования многих своих братьев. И ныне, это было великое зло, из-за которого более смиренная часть народа стала подвергаться великим преследованиям и претерпевать много страданий.
И ныне, это было великое зло, из-за которого более смиренная часть народа стала подвергаться великим преследованиям и претерпевать много страданий. Тем не менее они часто постились и молились, и становились сильнее и сильнее в своём смирении и крепче и крепче в вере Христовой к наполнению своих душ радостью и утешением, да, и даже к очищению и освящению своих сердец, кое освящение приходит от приношения ими своих сердец Богу.
И было так, что пятьдесят второй год также закончился в мире, если не считать ту чрезвычайно великую гордыню, которая вселилась в сердца народа; и было это из-за их чрезвычайно великих богатств и их преуспевания в той земле; и та гордыня росла в них изо дня в день.
И в пятьдесят третьем году правления судей было так, что умер Геламан, и его старший сын, Нефий, начал править вместо него. И было так, что он занимал судейское место со справедливостью и беспристрастностью, да, он соблюдал заповеди Божьи и ходил путями своего отца.