Вот, и было в шестьдесят девятом году правления судей над народом Нефиевым, что Нефий, сын Геламана, вернулся в землю Зарагемля из земли к северу. Ибо он побывал среди людей, которые были в земле к северу, и проповедовал им слово Божье, и многое пророчествовал им. И они отвергли все его слова, так что он не мог оставаться среди них, но снова вернулся в землю своего рождения.
И он видел народ в состоянии такого ужасного нечестия и тех Гадиантоновых разбойников, которые заняли судейские места, узурпировав силу и власть той земли, отринули заповеди Бога, не будучи ни в малейшей степени правыми перед Ним; не проявляя никакой справедливости к детям человеческим; Осуждая праведных за их праведность; позволяя виновным и нечестивым ходить безнаказанными за их деньги; и, более того, состоять в должностях во главе правительства, чтобы править и поступать по своей воле, дабы получать наживу и славу мира, и, более того, чтобы им было л
И ныне, это великое беззаконие пришло к нефийцам за период всего в несколько лет; и когда Нефий увидел всё это, сердце у него в груди наполнилось скорбью; и он воскликнул с мучительной болью души своей:
О, если бы я мог прожить мои дни в те дни, когда мой отец, Нефий, впервые вышел из земли Иерусалимской, чтобы я мог радоваться с ним в земле обетованной; тогда его народ был легко обучаемым, твёрдым в соблюдении заповедей Божьих и медленным на то, чтобы их вели к беззаконию; и они были скоры внимать словам Господним.
Да, если бы мои дни протекали в те дни, то радовалась бы душа моя праведности моих братьев. Но вот, я обречён на то, что дни мои ныне, и душа моя будет полна скорби из-за этого нечестия моих братьев.
И вот, было так, что это происходило на башне, которая была у Нефия в саду, у большой дороги, ведущей к главному рынку, который был в городе Зарагемля; а потому Нефий преклонился на башне, в своём саду, и башня эта была также недалеко от садовых ворот, мимо которых проходила большая дорога.
И было так, что некие люди проходили мимо и увидели Нефия, когда он изливал свою душу Богу на башне; и они побежали и рассказали народу, что они увидели, и народ сошёлся толпами, чтобы узнать причину такой великой скорби из-за нечестия народа.
И ныне, когда Нефий поднялся, он увидел толпы людей, которые собрались вместе. И было так, что он раскрыл свои уста и сказал им:
Ибо вот, Нефий говорил им об извращённости их закона; да, многое говорил Нефий, что не может быть записано; и ничего не говорил он такого, что было бы против заповедей Божьих.
И ныне было так, что когда Нефий произнёс эти слова, вот, там находились люди, которые были судьями и которые также принадлежали к тайной шайке Гадиантона, и они разгневались и кричали против него, говоря народу:
«Почему вы не хватаете этого человека и не приводите его, дабы он мог быть осуждён соответственно преступлению, которое совершил? Почему вы смотрите на этого человека и слушаете, как он злословит об этом народе и о нашем законе?»
И эти судьи были разгневаны на него за то, что он ясно говорил им об их тайных делах тьмы; тем не менее они не осмеливались сами наложить на него руки, ибо они боялись народа, чтобы не закричали против них. А потому они взывали к народу, говоря:
Почему вы позволяете этому человеку злословить о нас? Ибо вот, он осуждает весь этот народ, даже к истреблению; да, а также говорит, что эти наши великие города будут отняты у нас, что не будет нам места в них. И ныне мы знаем, что это невозможно, ибо вот, мы сильны и наши города велики, а потому наши враги не могут иметь никакой силы над нами.
И было так, что таким образом они побудили народ ко гневу на Нефия и подняли раздор между ними; ибо некоторые там кричали:
Оставьте этого человека в покое, ибо он человек праведный, и то, что он говорит, истинно сбудется, если мы не покаемся; Да, вот, все кары, о которых он свидетельствует нам, постигнут нас; ибо мы знаем, что он верно свидетельствует нам о наших беззакониях. И вот, их много, и он знает также всё, что выпадет на нашу долю, как знает и о наших беззакониях. Да, и вот, если бы он не был пророком, то не мог бы свидетельствовать обо всём этом.
И было так, что те люди, которые стремились истребить Нефия, были принуждены страхом своим к тому, что не наложили на него своих рук; а потому он снова начал обращаться к ним, видя, что он обрёл благоволение в глазах некоторых до такой степени, что остальные из них боялись.
А потому он был понуждаем сказать им больше, говоря: