И ныне, сын мой, я больше не задерживаюсь на этой ужасной сцене. Вот, ты знаешь нечестие этого народа; ты знаешь, что у них нет принципов и они дошли до бесчувствия; и их нечестие превышает нечестие ламанийцев. Вот, сын мой, я не могу ходатайствовать за них перед Богом, дабы не поразил Он меня.