И ныне, в своём послании ты осудил меня, но это неважно; я не гневаюсь, [i]1719[/i] но радуюсь величию твоего сердца. Я, Пахоран, не стремлюсь к власти, кроме как только удержать своё судейское место, чтобы я мог оберегать права и свободу моего народа. Моя душа твёрдо стоит в той свободе, в которой Бог сделал нас свободными.
И ныне, вот, мы будем сопротивляться нечестию вплоть до кровопролития. Мы не проливали бы кровь ламанийцев, если бы они оставались в своей собственной земле. Мы не проливали бы кровь наших братьев, если бы они не восстали в мятеже и не обратили меча против нас.